Двадцать семь лет здесь пустыня, первые четыре года ледяная, последние двадцать два - обычная, песчаная. Хотя нет, не обычная - жёстко радиоактивная, настолько безжизненная, что кажется, будто находишься на далёкой планете, где не обнаружено даже следов жизни. Тут и Марс с его жалкими хемосинтезирующими бактериями раем покажется. Лишь горы песка и тучи пыли.
Стало совсем темно, Стрелок еле переставлял от усталости ноги и уже искал удобное место для ночлега. Но когда он поднялся на вершину очередного бархана, то буквально окаменел. Такого он увидеть совсем не ожидал.
Полосы света от мощных прожекторов выхватывали из сгустившейся тьмы высокие бетонные стены, обнесённые колючей проволокой, тяжёлые стальные ворота и вышки с пушечными и пулемётными установками. Видимый участок стены тянулся метров на 400, если не подвёл глазомер. Из-за неё виднелись куполообразные крыши каких-то строений, то ли ангаров, то ли складов. Видимо базу начали отстраивать лет пять назад.
Стрелок лёг на остывший уже песок и потянулся к рюкзаку, но вспомнив, что аккумулятор в бинокле давно сел, решил поскорее убраться с этой прекрасно простреливаемой позиции. Сняв всё-таки ранец и обхватив его руками, он скатился вниз. Остановившись после доброй сотни метров кувыркания, Стрелок решил заночевать здесь. Он достал пакетик с пайком, открыл клапан в маске противогаза и влил туда содержимое пакета. Нащупав губами трубочку он поужинал и снова полез в сумку. Извлёк оттуда гофрированный шланг метровой длины, задержал дыхание, выкрутил фильтр и присоединил его наместо уже через этот шланг. В результате получилась конструкция, напоминающая хобот, словно в самых первых устройствах для индивидуальной очистки воздуха. Проверив герметичность своего "хобота" Стрелок поднялся с земли и снял с пояса небольшую лопатку.
Спустя двадцать минут на поверхности торчал только фильтр, обёрнутый