телевизору передачу "вести с передовой". Там тоже резали тьму красные линии трассирующих пуль. Ему это казалось красивым. Он ещё не знал, что такое смерть... Потом война дошла и до них. Отец ушёл.
...Колпак кабины пару секунд держался под градом снарядов, покрывшись густой паутиной трещин, а потом разлетелся осколками прозрачной металлокерамики.
Крепость опустела. Островки света остались у ворот базы и у входов в здания, где висели одинокие оранжевые фонари. Вдалеке что-то большое упало в песок - вертолётный винт. Стих гул хвостовой турбины. С громким шипением и хлопками догорала пулемётная установка, разбрасывая в стороны фонтаны огня. Из бесгильзовых патронов можно устроить неплохой фейерверк.
Вряд ли бы обитатели подземных уровней открыли ворота и впустили Стрелка внутрь. Поэтому он начал действовать сам. Он стрелял в дверь там, где должны были находиться приводы. Когда Стрелку, наконец, наскучило его занятие, он спустился с вышки и подошёл к помятым листам брони. Ворота освободились от запоров, но сдвинуть многотонные створки человеку не под силу.
На броне вездехода было закреплено множество инструментов, в том числе и длинный лом. Пользуясь им как рычагом, Стрелку удалось раздвинуть ворота сантиметра на три. Но и этого вполне достаточно.
Триста грамм взрывчатки сделали больше.
Стрелок протиснулся в полуметровую щель, и попал в обширное помещение, наполненное тусклым мерцанием аварийного освещения. Место подъёмника пустовало, мощные стальные тросы уходили в тёмный провал шахты. Строители не удосужились установить там лампы, и лишь в самом низу угадывался тот же красноватый аварийный свет.