– Спасибо на добром слове – не сегодня. Мне бы позвонить – на «Семеновскую» – вдруг их сталкеры пропащие нашлись… А то ноги по тоннелю топтать както неохота впустую. – Будь как дома. Сталкеры с «Семеновской» не объявлялись. – Ну, Владимир Иванович, не смею тогда злоупотреблять гостеприимством… – шутливо откланялся Мельников. – Да, чуть не забыл – вы б кого из своих к нам прислали, мы ему со склада лампочек немного выдадим и светильников герметичных. Тоннели бы осветить, а? А то девочка одна нас увидела – чуть не уписалась со страха. – Ты, епта, на себя сам в зеркало давно смотрел? Ты глянь – тоже описаешься, – хохотнул комендант. – А что за девочкато? – Да так, лет пятнадцать, смешная такая… мы ее «Красной Шапочкой» окрестили – в платочке красном и с пирожками… – Опаньки… где она, не с вами? – Не, к «Комсомолькой» ушла, к бабушке… – улыбнулся Мельник, – а что? – Да нет у нее никакой бабушки… и лет ей не пятнадцать, а, считай, вдвое больше… Воровка она – мы ее тут знаем и вежливенько так пинками провожаем, если встретим. Ты карманы проверь… Попрощавшись с комендантом, Мельников и вправду проверил карманы – и недосчитался запасного фонарика, зажигалки и рожка к автомату, ловко подмененного примерно равным по весу куском бетона. Усмехнувшись, полковник велел своим ребятам, ждавшим его на лавочке, тоже проверить снаряжение. У Тима тоже «ушел» автоматный магазин, у «Стикса» – спички и батарейки, у «Кобры» – запасные аккумуляторы к рации. – Мля, как детей, развела, сучка! На красную шапочку повелись… мляяяя… – Но как ловко, блин… мастерица, япона мать… – Хрен с ней, пошли дальше – там ребята так и не нашлись.
45.
Метров через двести в тоннеле сталкеров встретила застава. Тоннель здесь освещался мощным прожектором, направленным в сторону «Курской». Мельников демонстративно положил автомат на пол и подошел к посту. На заставе дежурили серьезные ребята угрюмого вида в черных костюмах с нашивками «Охрана», черных вязаных шапочках и бронежилетах. В руках у парней были «калаши». – Здорово, мужики! Я полковник Мельников, со мной три сталкера – нас вызвали на помощь на «Семеновскую». – Документы? Мельников не спеша достал удостоверение. – Можете проходить, вас ждут. Следующие посты я предупрежу. Проходя мимо заставы, сталкеры внимательно рассмотрели ее оборудование. Застава больше походила на крепость или блокпост, который был на совесть оборудован в сбойке, не перекрывая просвет тоннеля – что свидетельствовало об активном использовании на этом участке рельсового транспорта. Помимо установленного на кронштейне прожектора, обращал на себя внимание торчащий из бойницы ствол ПКМ – избыточно серьезного оружия для стрельбы в упор, тем более – в тоннеле, где поражение противника гарантировалось за счет рикошетов даже при неприцельном огне. От тех же рикошетов защитников блокпоста защищала грубо сложенная стена из бетонных блоков. Еще через двести метров – после гермозатвора – был оборудован еще один такой же пост, а на платформе у границы станции – еще и третий. – Однако… – протянул «Кобра», – впечатляет для «самодеятельности»… В свое время, когда стало понятно, что жизнь в метро – это надолго, Объединенный штаб попытался упорядочить и оптимизировать все и вся. Основным принципом этой оптимизации было придание каждой станции определенного профиля, функции, назначения в общем едином организме. Так это виделась стратегам советской закалки – и они с присущей им энергией принялись претворять задумку в жизнь. Поначалу власть Объединенного штаба никем не подвергалась сомнению, поэтому укрывшиеся в метро люди подчинялись указаниям, которые должны были вывести их из состояния первоначального хаоса – и централизованная плановая система, в общемто, прижилась. Так, удалось собрать военных и значительную часть интеллигенции на станциях Центрального узла – «Библиотеке им. Ленина», «Арбатской» и «Боровицкой» («Александровский сад», в силу неглубокого залегания, приспособили под системы жизнеобеспечения Центрального узла). На «Лубянке», по традиции, обосновались службы безопасности, а под боком у них (для пущей безопасности) – на «Кузнецком мосту» – собрали врачей и техников, занимавшихся техническим обеспечением метрополитена. Привезенных сталкерами свиней, мощности по выращиванию шампиньонов и тому подобное определили на север зеленой ветки, обустроив там фермы. На довольно глубоких станциях Кольца обустроили мастерские, склады, перевалочные базы для более удобного перераспределения ресурсов между ветками и отдельными станциями. «Серпуховская» и «Тульская» стали базой первого профессионального отряда сталкеров, правда, не совсем по решению Штаба… Остальных станции в большинстве остались жилыми, без определенной производственной специализации – аналогом «спальных» районов Москвы и имели лишь небольшие подсобные хозяйства.