– Пидор – коротко охарактеризовал его Семеныч про себя. Последней была немолодая толстая тетка с хозяйственной сумкой и маленькой книжкой. – Осторожно, двери закрываются, следующая станция – «Серпуховская» Семеныч положил свои мешки около пустой лавки, сел, а потом улегся, с наслаждением вытянув ноги и закрыл глаза. Когдато его звали Василий Семенович, он был учителем в Куровском под Москвой, преподавал историю и обществоведение, а по совместительству – еще и труд. Но общество вдруг изменило свое устройство, и Семенычу не нашлось в нем приличного места. Он поехал в Москву на заработки. Теперь его заработком была сдача бутылок и жестяных банок…
2.
Неожиданно в вагоне погас свет, а поезд, проехав еще немного по инерции, остановился.
Минут через пять темноты раздался срывающийся визгливый женский голос: – Да что ж… это… делается… Потом неуверенные шаги, мягкий стук падающего грузного тела – Ой! Ох, да как же… Опять шаги, стук в перегородку кабины машиниста и все тот же визгливый голос: – Чего творитсято? эй!
Лязгнул замок, скрипнула дверь: – Блин, ну чо ломишьсято, я…, что ли? Напряжение пропало. – А что это вы со мной так разговариваете? – Не нравится – иди нах…
Дверь захлопнулась. – Не, ну вы видали? – заохала Марина Анатольевна. – Хамло! Я жаловаться буду! Я милицию вызову! Я… Она не успела договорить, как пол ушел у нее из под ног и, больно стукнувшись о поручень сиденья, Марина Анатольевна отлетела к двери.
Раздался жуткий грохот и скрежет, вагон еще раз мотнуло, потом все затихло. Дверь кабины машиниста опять открылась, ударил луч фонаря, запрыгал, уперся в дальний конец вагона. Конца вагона не было, вместо него была смесь металла, бетона и земли, по которой сочились тонкие струйки воды. Мужик, сидевший в конце вагона, как ни странно, был жив – когда вагон качнуло, он инстинктивно бросился на пол и откатился вперед. Кусок тюбинга теперь торчал сантиметрах в десяти от его ног. Он сел, матюгнулся, взглянул на то, сталось с местом, где он сидел и его лицо расплылось в глупой улыбке. Потом улыбка сползла с его лица, и он рывком вскочил на ноги.